... заблудшее дитя Норикии
Праздник детства



"А я вот День Рожденья не буду справлять...
Все з****ло! П****ц на**й б***ь!"
Сережа Шнуров =)


Сегодня я буду счастлив. От тающих в рассвете облаков до рвущихся через закат звезд. Сегодня мы вернулись домой.

Девяносто шесть часов чистого блаженства, тем ярче впивающегося в душу после холодного контраста Дизета. Я пью глазами голубую бездну неба и жадно жру изжаренный норикский кислород.

Маэстро расщедрилась аж на целый день перерыва перед следующим заездом, но что-то задом чуется, что это ж не спроста. Чуется, но думать не хочется напрочь и на залитой исступленно жгущим солнцем палубе Сильваны мы с Лави зализываем раны нашего сызнова полумертвого ваншипа.

Почти интимное удовольствие от такого, больше чем просто близкого контакта с железным телом, в котором я чувствую больше жизни, чем в большинстве людей. Если увижу где-нибудь надпись 'Клаус Валка - технофил' - не обижусь ни капли.

- ОХРЕНЕЕЕЕТЬ!!!

Ну вот, прерванный половой акт. Поворачиваем спеченные в жаре головы на звук, весьма отдаленно напоминающий крик. В принципе, я догадываюсь….



Конский топот по палубе и белые всполохи мимо наших глаз.

…Что это Дио.

- Люсиолаааа!!! Ты это видишь!? Ты видишь это!?!!! Вааауу!

Вряд ли кто-то другой будет носится по палубе с визгами психопатичной кастрируемой свиньи и облизывать перила…

- Ой, б*яяяяя!!! Жжецца!!

…Нагретые под норикским солнцем до температуры минимум утюга. Голосящий благим матом Дио, умиротворенный Люсиола и разморенный кто-то-имени-не-знаю. Наверно совершают моцион по Сильване, изучая вражий стан. Алекс - экстримал. Пускать Гильдию на наш корабль - безопасней на ней же 'бочки' в ГрандСтриме выделывать. Главное не рухнуть, а то висим прям над городом.

- Дурдом на выезде…- как это верно, Лави!

Дио перестает орать (видно, просто надоело) и чуть попятившись, шустро так вскакивает на крыло ваншипа, где, между прочим, я сижу. Ну и конечно же сшибает меня на пол.

- О! Иммельман! - Кто? Какой Иммельман? Это я что ли? Ладно, спасибо хоть, что заметил. Ну правильно, лучше поздно, чем никогда. - Хай! Как у вас тут, на вашей Сильванне кайфово-то! Я прям воспераюсь!

- Хай…'Сильвана' а не 'Сильванна', - отдираю морду от пола, пытаясь одновременно проделать тоже самое с остальным телом.

- А? - Дио болтает ногами. Болтает ногами, грррр, я ему их когда-нибудь повыдергиваю….

- Ниче-ниче, не обращай внимания…Я говорю, рад, что тебе понравилось…

- Ааа…Слышь, Иммельман, а может ты мне покажешь чего тут еще интересного есть? Мож че пропустили прикольного.

- Да я бы с радостью, - отряхиваю колени, смотрю на бьющие по крылу пятки белых сапог. Хорошо же он запрыгнул - ваншип на подножке стоит и до крыла от пола метра полтора или больше. Матрица какая-то... - Только вот у меня ваншип умер. Очень надеюсь его до завтра починить. Так что, прошу извинить…

- Хотишь, мы те поможем? Опять, - улыбается, красиво и холодно. Последнее слово больно врезается в череп.

- Обойдусь, - концентрировано грубо, как кислотный плевок. Ты мне не тыкай! Ни о чем не просил - ничем не обязан!

- Праааатииивный! - Дио машет на меня ладошкой и кривится.

- Если вы не возражаете, мне бы хотелось продолжить ремонт…- ноль эмоций. Пустой серый взгляд и тупая широкая лыба. Ууу, я щас взорвусь! - Будьте так любезны, не могли бы вы убрать свою задницу с моего крыла?

Мне кажется или я зря это сказал?

Дио смотрит на меня прохладными льдинками-глазами, разровняв улыбку в идеальную прямую и я определенно точно знаю, что так он смотрит на тех, кому вырывает из живота, накручивая на кулак, кишки. Со странной дрожью замечаю, что синие полосы вен ушли с его лица. Он спокойно спархивает на пол, без единого звука, будто весит легче воздуха, делает два шага и упирается кончиком носа мне в лоб. СтоЮ как оглоушенный.



- Ты мне не выкай, - под такой тон голоса хочется или уснуть или уснуть и не проснуться.

Отталкивая с убивающей небрежностью, проходит мимо, к своей свите.

- Приходи ко мне на день рожденья, Иммельман, - не утруждаясь обернуться. - Я буду ОЧЕНЬ ждать.

Беззвучными белыми тенями - в полумрак раскрытой двери вниз.

- День. Рожденья…??? - с заторможенной реакцией, Лави роняет на пол гаечный ключ. Звон растянутый и размытый как блики метала в огненных солнечных лучах. Как будто Дио замедляет время и тормозит наши мозги. - Мама…

Как много в этом слове….Если уж Лави это сказала, значит мы точно обречены.

†††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††

Наверно, мы падаем. И в трюмах рвет торпеды. Потому что я не знаю, что еще физически способно издавать ТАКОЙ грохот.

Ошалело вылетаю из каюты, где до этого валялся в обнимку с Морфеем и пытаюсь понять, что все-таки творится. Честно стараюсь идти на звук, но это весьма проблемно, потому что кажется, что он идет отовсюду. Вспоминая про то, что сегодня должен состояться Конец Света ака Днюха Дио, начинаю кое о чем догадываться…



Ноги приводят в трюм, где скопили гоночные ваншипы. Только бы Лави там не было…

Трезвая логика вещей не обманывает…Народу - туева хуча, по середине стоит белый ваншип, к нему присобачены большие палубные динамики, из которых и льется этот звуковой хаос саундтрека к бесовским оргиям. Короткими перебежками продвигаюсь дальше. Кто-то толкает в плечо, так что я чуть не падаю - передо мной удравшийся в сляку Костави, в разбитых очках и кепке с погнутым козырьком.

- О, Клаус, брааатишка! Иди, выпей с нами! - орет, забивая на запинающийся об зубы язык. - Выпей за Дио! Какой рульный парень, а! Скока бухла поноволок, я стока не выпью, ой…

Костави путается в развязанных шнурках и заваливается на какую-то сомнительного пошиба дамочку. Дамочка вместо гневных пощечин и оскорбленных визгов, пьяно ржет и тянет Костави на пол. Краем глаза вижу взметнувшуюся в воздух ногу в сетчатой колготке. Что шлюхи делают на Сильване!? Тоже работа щедрого Дио, надо думать…

С ужасом вижу качающуюся Алисту и Лави с большооой бутылкой чего-то…Хорошо хоть Татьяны нет, а то бы Сильвана точно превратилась в кровавые руины. Ха, интересно, а останется ли от нее что-нибудь после Дио?..

- Кыыылааауус! Иди к нам! - Лави машет пузырем, брызги летят в толпу, но всем до звезды. О, боже…



Подхожу. Благосклонно принимаю на свои плечи Лавину руку.

- Это кошмарный сон, надеюсь?

- Ой, Клаус, не будь занудой! - увесистая пятерня мне по носу. Спасибо, Лави, я мечтал быть похожим на боксера. - Это же так веееесело! Ух, наши ребята! Что б мы без них делали?

- В смысле? - это она про механиков?

- Да я говорю, кто-то из наших предложил Дио вина…Ну и пошло-поехало!

Вот так начинаются апокалипсисы...

Перевожу взгляд куда-то на черное с белым. Выпадаю в осадок - на одной из подножек сидит Алекс, рядом тусуется Дио и что-то ему плетет. Только не говорите, что Алекс тоже…



Но капитан спокоен и сумрачен, словом обычен. Я особо не слышу голосов сквозь рев того что-назыется-музыкой, но по губам Дио видно, что он не кричит. О чем они могут говорить?!

Это продолжается недолго, потому что Алекс кивает и Дио, обнимает его за плечо(@#$%!!!), принимается пьяно шататься из стороны в сторону и завывает уже слышным, редкостно отвратным голосом:

- Вино и гашиииииш, Истамбул и Парииииж!
Алекс, Алекс, почему ты молчишь?
Давай, расскажи мне, ведь ночь короткаааааа!
Как черту морскому свинтили рогааааааа!

Алекс бесцветно улыбается, влекомый Дио флегматично покачиваясь.

- Возьми папирооооосу, хлопни винцаааа!
И песенку спой про сундук мертвецаааааа!

Мама, роди меня обратно. Надо сваливать, а то мы отсюда живыми не выйдем. Приподнимаю Лави за руку и пытаюсь тащить к выходу, но она сопротивляется, причем весьма больно. Ну я-то не сдамся…

-ИММЕЛЬМАААААААААН!!!

Спасите…

Ожесточенно продираюсь сквозь толстый слой нажравшихся пилотов, но смерть успевает положить свою костлявую ладонь в белой перчатке мне на плечо. И развернуть к себе лицом, чуть не выдирая руку из сустава. SOS!

- Иммельман, дарись мне!!! Сейчас же!


- Иммельман, дарись мне!!! Сейчас же!

Я аж Лави роняю.

- Чегоооо???

- Дио имеет в виду, что желает, чтобы вы составили ему компанию, - из ниоткуда голос Люсиолы.

- Чего!!!???

Дурдом какой-то…

- Я, короче, пользуясь случаем, ХОЧУ! - Дио.

Меня бьет КРУПНАЯ дрожь.

- Он просит вас устроить нам маленький тур по Норикии, - Люсиола, похоже, взялся быть переводчиком. - Если у тебя есть свободный часок…- тут он шагает ко мне и наклоняется над ухом:
- Слушай, если скажешь нет - за его реакцию не отвечаю. Так что, лучше соглашайся.

- Иммельмаааан! - так душераздирающе, что я подскакиваю на полметра. - А я тебе дам на моем ваншипе покататься! Ну пожалстааааа!

Не знаю, что убеждает меня больше - угроза чудовищной мучительной смерти или предложение опробовать гильдерский ваншип - но я очень обреченно киваю.

И еще более обреченно прихожу в глубокий трепет от предчувствия того, ЧТО меня ждет, когда Дио заплывает ужасающе-довольным оскалом в пол-лица.

Лави играется с пряжками на ботинках и похоже вообще не втыкает в то, что происходит. Оно же к лучшему…


†††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††

- Нееет! Не хочу! Не буду! Идите на…!!!! - дерет горло резко протрезвевшая Лави и машет руками как бешеный пропеллер. Это я ей про экскурсию для Дио сказал. - Лучше пристрелите меня сразу!!!

Дио прячет уши под ладонями и старается ее переорать:

- Ой, да пусть идет к черту! Не надо ничего, только пусть она заткнется!

- Ладно, Лав, тебе, наверно, реально лучше уйти, - пытаюсь успокоить, но это редко получается. - Я думаю, я сам справлюсь…

Тут я выслушиваю о себе очень много всего увлекательного, но Лави, по крайней мере, уходит. Вздыхаю облегченно. Вздыхаю еще раз. И еще. Верно, перед смертью не надышишься…

- Значит так, - Дио энергично хлопает в ладоши. - Иммельман со мной, ты, Люсиола, с Фарфалиной на Иммельмановом ваншипе, оки, Фарф? - занятно, ваншип мой, а спрашивают Фарфалину….

- Я, кстати, как-то раз тут был, - кивает тот. Эй, а зачем тут тогда я? - Лет сто назад…- надежда на жизнь умирает.

- Ну, тогда погнали!! - Дио вскакивает в навигаторское кресло своего ваншипа, который любезно подняли на верхнюю палубу, я залезаю на пилотское. Вот это да...

- Ну, Имеля, давай!

И мы взлетаем.





†††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††

- Посмотрите направо, это наш национальный музей авиации, - апатично комментирую я проплывающие мимо городские пейзажи. - Посмотрите налево, это областная клиническая больница…

Тут мне на плечо ложится белая макушка. Это как это он так изогнулся?.. Полуоборачиваюсь - Дио лежит пузом на промежутке между пилотским и навигаторским креслами и тихо воет мне в ухо:

- Нет, ну если б на твоем месте сейчас кто-то другой сидел, уж гарантирую, что он бы в этой больнице непременно оказался...

-Почему кто-то другой? - мне правда интересно. Потому что то, что Дио сейчас скажет - ответ сразу на кучу вопросов.

- Потому что ты - Иммельман, - чуть ли плечами не пожимает, как будто дважды посчитал. Ну... С такой логикой вряд ли поспоришь. Так что над смыслом размышлять и не берусь.

- Я тебя чего просил? Провести меня по всяким злачным местам, - разве он об этом просил? - Ну там, всяким кладезям белого змия, юдолям греха и чертогам разврата, - об этом он точно не просил!

- Нарко-притонам и стриптиз-клубам что ли?

- Точно, - приподнимается на локтях и скребет губами об мое ухо. - А то 'посмотрите на лево, посмотрите направо'...Нефиг, нефиг...

- Ну, я вообще-то несовершеннолетний...

- Да я заметил, - выдохом-жаром по коже, заставляя отстраниться, что бы не...

- Ну и откуда я могу знать, где это все находится?

Раздраженное фырканье. Дио приподнимается и опирается на мои плечи.

- Ну тогда хоть покатаемся, а то на такой скорости сдохнуть можно, - дергает меня за куртку. - Вылазь напрочь! Я поведу!

Я поднимаюсь с пилотского кресла и с тихим страхом перед неизбежным, понимаю, что совершаю роковую и возможно последнюю в своей жизни ошибку.

Когда штурвал оказывается в руках Дио, мир вокруг смазывается в две цветастые полоски по краям наших бортов. Он щелкает какой-то рычажок и из-под крыльев выезжает нечто, здорово напоминающее колонки...

Ой, нет, не надо!!!

Воздух разносит в мелкие куски чудовищной, невыносимой, разрывающей изнутри музыкой.

- YAAAAAAAHOOOOOOOO!!!!!

Мне сейчас кажется раздерет грудь, на такой скорости я не могу дышать, задыхаюсь, задыхаюсь, на помощь!!!

Удар, грохот, раскаты трэша - мы сбиваем хвостом угол какого-то дома, фонтан кирпичей и каменной пыли - на ваншипе не царапинки, я не вижу, я чувствую, чувствую физически, почему, почему??!! Крыло на запредельной скорости вскрывает и опрокидывает ряд торговых палаток. Человеческие крики, грохот разрушения и сатанинское ржание Дио захлебываются во взрывном реве колонок. Я вспоминаю молитвы.

Отыде Дьяволе…

ОЧЕНЬ резкий поворот - мы не совсем вписываемся и разносим в стеклянное крошево полосу чьих-то балконов. Дио бросает штурвал и на две вытянутые руки ставя 'козу', трясет головой как на рок-концерте. На мелькающих перед взглядом щеках я вижу глубокие порезы.

Нет тебе, дьяволе, части и участия, места и покою, здесь крест Господень....

Я боюсь даже думать, что с моим ваншипом, который под руками Люсиолы несется за моей спиной, да мне, в принципе, уже даже пофиг. Потому что мы скорей всего разобьемся!

- Эй, Ди! - Люсиола обходит нас сверху. Вот и мой ваншип. Я его только починил...- А вот так слабО?

Люсиола ложится на крыло и выделывает в этом ОЧЕНЬ узком проулке между домами ТАКУЮ вертушку, что мой желудок почти выворачивает. Прощай мой ваншип...

Беги отсюда во ад кромешный, где твой настоящий приют, и тамо да обретайся...

- Тю! Как два пальца обоссать! - Дио переворачивает ваншип и пару минут летит кверху ногами, от земли головой сантиметров за пятнадцать. Перед глазами льется асфальт. Я наверно поседею...

Потом мы забираем вверх и тонем в водовороте воздуха. Я уже зажимаю рот руками, потому что моя начинка категорично просится наружу. Минута крутящегося ада - и мы вылетаем на широкий проспект. Ну, слава богу, хоть не так тесно, чтобы сдохнуть.

Дио - о, чудо! - чуть сбавляет пары. Но я радуюсь недолго, потому что он бросает штурвал и забравшись с ногами на нос, встает в полный рост...и распахивает полы плаща. Со спины я не вижу, но судя по вспышкам офанарелых взглядов людей, вряд ли под ним что-то есть.

- Дааа, детки! Рок-н-ролл!!!

Я уже мало удивляюсь, как ваншип умудряется лететь без управления, ибо нахожусь в полуобморочном состоянии. Сквозь шоковую пелену в моих мозгах, смутно слышится крик Фарфалины и возглас Дио в ответ. Кажется, мы тормозим или я просто умираю...

Слово мое крепко, яко камень, аминь, аминь, аминь...АМИНЬ, МАТЬ ВАШУ!
†††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††

- Ээ, Иммельман… Ты живой там? - кто-то трясет и тянет меня за плечо. Ой, мне плёёхо…

Чьи-то руки стаскивают меня с места и ставят на асфальт в по возможности максимально вертикальное положение. Голова кружится и я опираюсь об ваншип. Ой, мне плёёхо!

- Рульно прокатились, а? - Дио подмигивает. Но его лицо вдруг становится слегка взволнованным. - Тебе ведь понравилось? Ну, пожалуйста, скажи что тебе понравилось!

Я открываю было рот...Но это я зря, потому что приходится резко повернуться и вместо ответа излить асфальту душу. Или желудок, если быть точнее. Когда болезненные спазмы перестают душить мое горло, я поднимаю взгляд на уже спокойного, даже какого-то удовлетворенного Дио. Ууу, сволочь...

- Тебе сейчас стоит выпить, я думаю, - он думает? Он ДУМАЕТ!? ОН думает!? Титановой арматурой? Или мыльными пузырями? Или что там у него вместо мозгов?! - Удачненько тормознул, Фарф.

Меня куда-то ведут. Начинаю об этом волноваться, а над размышлением о смысле приставки '-вы' в слове 'пить', начинаю паниковать. Но ведут меня под обе руки, так что шансов остаться при своем мнении - ноль.

В больших светящихся дверях черным накаченным архангелом возвышается ооочень угрюмый охранник.

- Так, детишки, разворачиваемся и топаем домой к мамочке! Детсаду вход запрещен!

- А я взрослый, - нагло заявляет Дио и, подбоченившись, напирает на охранника. В смысле, пытается это сделать - черный парень раза в два его выше. Или в три... - По мне не видно?

Охрана хмурит черные накаченные брови.

- Ну вот этим вот двум, - черный накаченный палец на Фарфалину с Люсиолой. - Я еще поверю. А ты бы паспорт показал.

Дио с томной злобностью щурит глаза. В данный момент он может попытаться задавить его интеллектом, сексуальностью или авторитетом. Короче, чем-нибудь тяжелым. Но вместо этого...

- Мой паспорт - это моя гильдерская рожа! Не нравится такой паспорт - можешь идти на...! - Дио уже начинает стягивать перчатку, но Люсиола во время хватает его за локоть и деликатно отшвыривает назад, в руки Фарфалины. Я замечаю, что он тактично прячет пару купюр в черной накаченной руке негра. Тот резко становится страшно гостеприимным и кланяясь, отходит в сторону. Меня опять ведут.

Уже внутри сажают на твердую табуретку у барной стойки...Нет! Нет, не надо барных стоек! Они плохо кончаются!

- Держи, друг, - мне в руки суют огромный бокал, с какой-то мутной дрянью. - Только залпом не пей, а то тебя опять вывернет.

Спасибо за заботу! Пить действительно хочется смертельно...Маленький глоток - ммм, ничего, жить буду. Глоток. Еще. Во, уже хорошо. Ой как хорошоооо...

Осматриваюсь. Перед глазами чуть плывет, но я могу разглядеть это непонятное место, куда меня завела Гильдия. Зебровые диванчики, приглушенный малиноватый свет, какие-то странные сооружения по периметру, из которых торчат высокие металлические шесты...У меня рождаются странные ассоциации...

Когда я вижу в метрах двух перед собой такой же шест, а на нем девицу в одних неоновых проводах, ассоциации сходятся в два маленьких слова. Стрип-бар.

Я пытаюсь вскочить, но...

- Сидеть! - белая лапа Дио припечатывает меня обратно к табуретке. Ладно, сопротивление бесполезно.

Тут на сцене перед нами гаснет свет. Публика устремляет туда голодные заинтересованные взгляды.

Откуда-то бьют волны томно-тяжелых гитар и по краям вспыхивают ярко-красные огни, высвечивая фигуру, оплетенную вокруг шеста. У меня почему-то застревает в горле дыхание.



Офигенно роскошные формы, закованные в экстремально минималистские доспехи красного латекса, скользят и вьются, слепя бликами на материи и влажной коже. Со стрингов свешивается и покачивается с ритмом движения латексовый же дьяволиный хвост, частью своей длины лежащий на полу . На стриженой голове ободок-рожки. Дьяволица танцует к нам спиной и выделывает бедрами такие штуки, что температура у меня быстро подскакивает градусов до сорока. Я слышу краем уха одобрительные возгласы Дио и что-то по типу 'Гюлчатай, покажи личико'. Ну она и поворачивается.

У меня отваливается и звучно грохает на пол челюсть.

Или трех глотков мне хватило за уши или это действительно Татьяна Висла.

Таня-чертовка падает на четвереньки и красной пантерой струится в нашу сторону. Останавливается в паре миллиметров от Дио, приподнимается на коленях, мучительно медленно прогибает спину назад, почти ложась на пол. Скалящийся голодной кошкой Дио просовывает купюру в пятьсот клавдий под латексовую нить бретельки. Резко приподнявшись, Татьяна хватает его за косичку и тянет на себя, пока он не врезается лицом между двумя резными крыльями ее ливчика. Дио подтягивается на сцену, накрывая Татьяну полами плаща, но она грубо толкает его в сторону и, опрокинув на спину, усаживается сверху. Пульсирует, змеится гибким позвоночником, бликует танцем влажной спины. Длинная красная бритва ногтя на указательном пальце соскальзывает по щеке Дио, по изгибу шеи. Опустившись до воротничка плаща, разъяренно впивается в застежку молнии и почти срывая зубцы дергает на себя.

Плащ разлетается в стороны. Таня хватает со стойки МОЙ бокал и не глядя опрокидывает его на Дио. Широко раскрытыми глазами впитываю эти два разных блеска на голой коже двух разных тел. Дьяволица прогибается над своей добычей и поцелуями-укусами уничтожает пролитый коктейль, насилуя плотоядными губами залитую алым светом грудь Дио.

Но тому видимо надоело пассивно валяться и он неожиданно для Татьяны вскакивает, скинув ее на пол, но тут же вцепляется рукой в ее горло и поднимает на ноги. Публика в зале уверена, что это часть садо-мазо шоу. По Татьяне же такого не скажешь. По изгибу ее бровей, я понимаю, что это больно, а по губам, раскрывающимся в придушенном крике - очень больно. Дио тащит ее по сцене и со всей силы швыряет спиной об шест. Среагировать она не успевает и он обвивает ее ее же хвостом и затягивает его в тугой красный узел вокруг металлической трубы шеста.

Дио начинает свое шоу.

Заплетает белым питоном, дарит звериные ласки, режет не своими ногтями не свои плечи и упивается не своей кровью. Глаза Татьяны горят двумя пожарами в адской туманной подсветке. Метается белая ткань плаща и с движениями Татьяне мало уступающими, на простреливающие череп секунды мелькают облитые огнями части тела. На стриптизершу в красном уже мало кто смотрит.

Ранящими ладонями сползает по животу, стекает на бедра, втыкая пальцы в их пологую мягкость. Перчатки на кончиках красятся в красный, искаженный до черного под затуманенными лучами. Татьяна останется в сетке недельных шрамов. Не завидую…Не хотел бы оказаться на ее месте. Наверно.

Тут Дио запрокидывает голову назад - и свет гаснет. Влажная тяжелятина фоновой музыки сменяется мелодией свиста и оваций. Из плоскости тьмы выныривает сначала носок сапога, колено, белая перчатка до локтя и белый блеск двух рядов бритв-зубов. Подсохшая кровь стекольных порезов на лице. Своя. Дио как ни в чем не бывало плюхается рядом со мной на стул и чуть заваливается на стойку. Некоторое время молчит, а потом…

- О**еть! Это самый лучший день рожденья за мои гребаные семнадцать лет жизни!

- И он еще не закончился, - замечает мертвенно-спокойный Люсиола.

Звучит как приговор…

- Фарфи, Фарфи, срочно! Доставай! - Дио ожесточенно машет руками в каком-то призыве. Фарфалина лезет куда-то в карманы под плащ и выуживает золотой портсигар с гильдерской восьмеркой, выложенной крупнокаратными брильянтами. От чего-то трясущимися руками Дио вцепляется в этот протянутый ему портсигар и достает оттуда четыре штуки, чем-то похожие на сигареты. Но только без фильтров. Косяки.

Протягивает один мне. Мотаю головой. Дио пожимает плечами и раскуривает свой. Ядовито-голубоватый дым мелкими сладкими зубками вгрызается в поры кожи, за пятнадцать минут парного стриптиза истончившейся до ультра-чувствительности. Осязаемое молчание в клубах легкого наркотического кайфа. Два черных провала зрачков, пожравших синеву радужки, прорезают узкие щели на моих щеках.

- Можно к вам присесть, молодые люди?

Это еще что? Какой-то, с дорогостоящий улыбкой, колкими глазами и небритыми скулами. Дио флегматично кивает, даже не обернувшись на голос. Да он вряд ли и понял, о чем его спросили.

Чужой присаживается, вежливо, осмотрительно, с краю. И как-то странно гладит глазами Гильдерскую компанию. Так смотрят на красивых насекомых.

Без долгих предисловий, достает небольшой пакетик с чем-то красным и любезно протягивает его Дио.

- У меня есть то, что вам надо…

В полуукуренных глазах Дио всплескивается аппетит. Он открывает пакетик и собирается было опрокинуть его на стол, но незнакомец с неприятной деликатностью перехватывает его ладонь.

- Нет-нет, разотри между пальцами.

Видно, такой дури Дио еще пробовать не приходилось и всю его ауру прошивает живой интерес. Не естественное сомнение или осторожность - именно интерес.

Он быстро стягивает замаранную в Татьяниной крови перчатку, сверкнув темно-красными полосками под полированными ногтями. Берет рыжеватую пыльцу и растирает в неестественно-длинных пальцах.

С минуту ожидания. И резкий спазм, пробивающий тело Дио во всю длину.

- Уау… - сбитое редкое дыхание, противно смотрящийся мышечный тремор. - Еще есть?

- С собой - нет, - незнакомец источает странно довольную улыбку. - Но, если желаете, можем прогуляться ко мне. Скидка - 50%…

- Серьезно? Компот! Желаем-желаем! - Дио вскакивает, но тут же с треском хлопает себя по лбу. - Блин, а с ваншипами че делать?

- Никаких ваншипов, - чужой беспокойно мерцает глазами. - Тут недалеко.

- Я останусь, - Фарфалина. - Потом вернетесь, заберем.

- Улет! Ну веди, спаситель, я-то свою последнюю скурил, а на крейсер в падлу возвращаться.

С большой надеждой на то, что меня не заметят, тихо так сижу, чуть не прячась под стойку. Хватит мне на сегодня впечатлений, через край уже. Но и во вмазанном состоянии доставуче внимательный сволочь Дио хватает меня под руку и волокет за собой. Выходим в поздний вечер.

Районами, кварталами в молчании шаги. Фонари по убывающей. И с каждым новым метром все темнее. Я запинаюсь поминутно, но Дио держит крепко, похоже, в темноте он видит все отлично. По лабиринтам стекла и асфальта куда-то в глубину, в грязное сгущение ночи и учащенных теней. Из чищенного центра - на разбитые задворки. Он сказал, недалеко? Кажется мы протопали уже полгорода.



Опять куда-то заворачиваем. В поле зрения - колоченные полузабитые окна, рваный целлофан, льнущий к ночному ветру и что-то зернисто-битое под ногами. Шорохи, скрипы, слуховые глюки. И запахи. Тление, мокрая земля, каменная пыль. Мне СЛЕГКА не по себе. Еще от этого странного молчания. И танца желтоватых бликов, играющих где-то впереди. Кажется туда-то мы и идем. А где мы вообще?

Огонь. Это огонь. Костер.

Подходим ближе. Краем глаза - светлые хмурые брови Люсиолы, более, чем обычно полуопущенные веки Дио. И прямо перед нами - люди. Люди вокруг костра. Резкие черные тени на лицах, подсвеченных снизу. За две секунды взгляда на них, я сразу понимаю куда мы пришли. Вернее, куда нас завели. И откуда мы вряд ли вернемся. Машинально сжимаю ладонь Дио. Она без перчатки. Ледяная. В мягком августовском воздухе. Чуть поворачиваюсь к нему - лицо спокойное и довольное.

- Здрассьте, господа, - Дио отстраняется и делает шаг вперед. Разводит руки. Открывается. Ошибка. - Сколько хотите за эту чудо-пыльцу?

- А нисколько, - отвечает высокий, с оччень большими кулаками и тяжелыми ботинками. - За счет заведения, - я вижу как из затемнений по углам выныривают тени. - Подарок друзьям из Гильдии.

- Правда??? - большие, глупо верящие глаза. - Бесплатно?

- Бесплатно, бесплатно, - наш провожатый достает большую такую арматурину. - Мы вам тут щас много чего бесплатно сделаем.

К Дио сзади быстро подходят двое и заламывают ему руки. Тот не сопротивляется. Вообще. Я офигело гляжу на Люсиолу. Он стоит, скрестив руки на груди и устало улыбается.

???

- Например? - вопрошает Дио с плещущим через край энтузиазмом и старается чуть поудобней устроится в чужих руках. Или он совсем удолбаный или просто не врубается, что его сейчас просто…

- Например, замочим и в канализации утопим, - по ушам лижет холодный звон цепей. Говорящий поигрывает арматурой и изображает на лице задумчивость. - Или нет, сначала мы тебя очень кроваво отымеем, распишемся на твоей заднице, повырываем тебе кости из суставов… - выделывает мечтательные полупируэты. - Размажем по асфальту твою смазливую мордашку, ну а потом…Дай-ка подумать…Расцелуем в обе щечки и отпустим с полными карманами наилучших пожеланий. Ммм, хотя нет, пожалуй все-таки убьем.

- За что же? - неподдельно-детский интерес. Я прям вижу мерцающие вокруг головы Дио мультяшные вопросики.

- А за то что вы - гребаные Гильдерские выродки! - собеседник резко утрачивает свою мечтательность и поудобней перехватывает арматуру. - За то, что Гильдия - МАСТ ДАЙ!!!

Дио заливается нездорово задорным хихиканьем.

- Это…это ты вот этим! - загибается со смеху и тянет вниз держащих его ребят. Те его задирают, один угощает неплохой подачей в ухо, так что аж косичка подскакивает. Дио даже ржать не перестает. - Вот этим вот собираешься меня..? Я ща сдохну!!

Ты как никогда прав…

- Ну все, падла… - движение теней. Пламенные блики в глазах, зажженных кострами в душах. На нас с голодным рычанием кидается стая трущобных шакалов. Я делаю шаг назад. Вижу как Дио, азартно скалясь, легко швыряет через себя тех двоих, что в него вцепились, а Люсиола в прыжке пропечатывает кому-то каблуком по зубам.

Вспышка глухой боли. И классический эффект затемнения.

†††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††



Оооой, головааааа….

Невеселая судьба - заканчивать день с пробитым черепом. Не раскрывая глаз, ощупываю макушку. Вроде мозги не торчат. Значит, будем жить.

Раздираю веки. В узких щелках кругозора - сидящий на корточках рядом со мной Люсиола и ощущение его ладони на лбу. Потягивающийся Дио чуть поодаль. Протягивает руки вверх, выпрямляет спину. Матюкаясь, запинается об чью-то ногу.

Быстро встаю.

- Тихо-тихо, - Люсиола пытается опустить меня обратно, в легкой панике дергаюсь, но он, в итоге, прислоняет меня спиной к стене. - Посиди минут пять, мы ж не спешим.

Тела. Насколько я вижу, дюжина или больше. Не хочу представлять, сколько еще просто не попало в поле зрения. Ни движения кроме двух гильдеров. Не хочу думать, есть ли здесь кто-то живой. Трудно представляется с неестественными углами, под которыми выгнуты хребты и вывернуты шеи. Но нет и капли крови.

- Мне…мне лучше, - откашливаюсь. - Я думаю, я смогу идти…

Дио резко подскакивает ко мне и задирает мою руку к себе на плечо. Землю достаю только носками ботинок.

- Ааа, Иммельман, жалко, что тебя вырубили, - с легким сочувствием. - Такую драку прикольную пропустил!

Прикольную???

- Слышь, Люся, надо сюда почаще заходить! Адреналин!

- Точно, - Люсиола отвечает очень тихо. Дио оборачивается на него и почему-то все его воодушевление в секунды умирает. Он опускает голову с тихим редко-втягивающим дыханием. Смотрю с одного на другого. И что тут между строк?

Дальше идем в давящем на плечи молчании. Странно, но оба гильдера топают уверенно в непроглядной ночной чернотищи трущоб, так, будто знают дорогу. Хочу такую же память…

Доходя до сияющих вывесок стрип-бара, где нас ждет Фарфалина, принимаю наконец, что все, кто был в той компании заточенных бедностью и озлобленных за это на Гильдию норикийцев до последнего мертвы.

†††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††

У меня сегодня токсикоз глюкозы. Не та, что сахар, а та что тяжкий бред. И что всего страшнее - сегодня глюки зачем-то оживают. Самый страшный из них - это красный царственный кокошник Дельфины. Завернувший на капитанский мостик. Куда я иду, сумев живым освободиться из гильдерских лап, что бы кое о чем спросить Алекса с Софией. Конечно, такой вот заворот пришибает меня к полу намертво. Уж ей-то что от них надо!?

- Во-во, видел? Я ж те говорил! - неееет, ну только не опять! Я не хочу даже оборачиваться. На эту на двадцать лет вперед остохреневшую бледную узкоглазую морду. Но ОНО само меня огибает и встает рядышком, руки в боки.

- Привет, Иммельман, - а то мы не виделись! Аж целых сорок две минуты уже! - Мы вот тоже думаем, какого она тут делает…- тут он с пошлым хихиканьем тыкает Люсиолу в бок. Глаза у обоих залиты чернотой по всей радужке. Видно, из норикских трущоб они ушли не с пустыми руками. - Хотя я догадываюсь!..

Оба давятся от ржания. Я закатываю глаза.

Тут Дио встает на цыпочки и, подкравшись к люку на капитанский мостик, прикладывается к нему ухом с очень сосредоточенной физией. Какая там толщина у сильвановских люков? Сантиметров тридцать? Услышит он, конечно…

Или стебается или действительно слышит, потому что хмурится весьма натурально.

- Ооо, это будет долго…- качает головой. Вдруг резко вскидывается и блестит на Люсиолу чертями, пляшущими в темноте его глаз. Ну, щас начнется…

- Люсиола, - по-звериному игриво и опасно хрипуче. - Если Дельфина тут, - мягкие шаги к нам навстречу. - Значит и ее крейсер тоже здесь.... Просекаешь?

- Я не думаю, что это хорошая идея, Ди, - сомнение в голосе.

- Это офигитительно классная идея, - отрезает и припечатывает. Вот и спорь с ним…

- Дельфина тебя выебет… - Люсиола повержено качает головой.

Без иных повествований, Дио хватает его за руку и тащит за собой. Я качаю головой. Мама, мы все тяжело больны…Опускаю зад на пол в уголке и прикрываю глаза - подожду уж.



Наверно, успеваю задремать, потому что когда разлепляю веки снова - на корабле воет сирена и через отсек, где я сижу, бежит народ с капитанского мостика.

- Что случилось? На нас напали? - спрашиваю у кого-то, несущегося мимо.

- Воздушная тревога! Флагманский крейсер Гильдии вышел из-под контроля!

Япона мать…Сломя голову несусь наверх. Оказываясь на верхней палубе воочию вижу причину массовой паники - громадная светящаяся махина гильдерского крейсера, выделывающая психоделические кренделя по темным небесам. Если она рухнет ? рванет к гребешкам и от города в лучшем случае кратер останется. А уж если столкнется с Сильваной…

Не надо было так думать.

Неземные огни на переднем клине в нашу сторону. Народ тараканами разбегается от бортов. Ну-ну, как будто их это спасет. Сам стою и смотрю. Ветер дерет волосы, бьет по ресницам. Сирены и крики. Крейсер выделывает страшный маневр…и проносится над пытающейся отлететь Сильваной, снеся половину мачты. Что-то загорается и я еле успеваю отскочить от какой-то тяжелой полыхающей хреновины, катящейся по палубе в мою сторону. Огонь принимаются тушить налетевшие со всех сторон механики со шлангами. Меня гонят, чтоб не путался под ногами, и я поспешно ретируюсь.

Где-то в районе капитанского мостика сталкиваюсь с...

- Клаус! Придурок! Какого хрена тебя наверх понесло!? Блин, я думала тебя там зашибет нафиг! - …с Лави.

- Да живой, я живой! Что случилось с крейсером?

- Что случилось?! Дио случился!

Опаньки. Точняк, кто там тер про Дельфину на Сильване?

- Ресиус вот только связался с этим его дружком...

- Люсиолой, - подсказываю.

- С ним, - кивает. - Что-то блеют в коммуникатор, никакущие… Кто-то из охраны маэстро там их выцепить пытается, а они в блоке управления окопались и чудят там с этими слепошарыми.

Дио зажигает, называется…

Дальше все происходит в облаке панической суматохи, охватившей всю Сильвану с головой. Долгий же сегодня день….

Когда пожар на палубе удается потушить, выясняется, что столкновение не наделало серьезного ущерба, кроме потери мачты. И народ уже сам тянется наверх, потому что сообщают, что двух террористов, учинивших этот раздрай, наконец отловили и по приказу Дельфины доставили на Сильвану.

И точно - видим как из небольшого кораблика выуживают двух утрескавшихся в дрезину гильдеров и ведут к застывшей в царственно-ожидательной позе Дельфине.

- Ой, пустите! - орет Дио сквозь неконтролируемое ржание и пытается сопротивляться, но высокий гильдерский охранник с черным вокруг глаз держит его крепко. Другой такой же ведет куда менее агрессивного Люсиолу. - Ой, щекотно! Ну Цикааадааа, не будь козлом! Без рук!

Их подводят к маэстро и она сокрушенно трясет кокошником.

- Я жду объяснений, - улыбается, снисходительно, как дитю мелкому, ну так-то в принципе и есть.

- А чееее? - столько откровенного возмущения в этом голосе, что мне аж смешно делается. - Имею право! Раз в жизни…

- Сильвану зачем таранил? - Дельфина. Спрашивает как будто ей в кофе лишний кубик сахара кинули.

На посекундно меняющемся лице Дио застывает выражение неимоверно глубокого оскорбления.

- Да как можно?!!! Я проделывал сложнейший маневр! Как его там, Люси?

- "Воздушный поцелуй".

- Во! - щелкает пальцами. - Весело ж было!

Дельфина закатывается смехом, очень похожим на смех Дио. Семейка придурков.

- А то! Сдохнуть можно - как весело! А щас будет еще веселей. Цикада, - охранник, ловящий все время утекающего куда-то на пол Дио, поднимает голову. - Отруби ему голову, пожалуйста.

Дио накрывает такой приступ бесовского ржания, что мне уже страшно. Ну я знал, что он больной, но чтоб настолько?

- О нет! Тока не голову! Я ж в нее ем!

- Ну тогда оторви ему нафиг яйца, - находит выход из положения Дельфина.

Пока Дио думает над аргументом против, Цикада волокет его к люку. На ходу расстегивая его комбинезон и стягивая с него штаны.

До Дио докатывает, что Дельфина не прикалывается и он бьется в руках Цикады как заарканенный зверь.

- Цикада, слышь че…Цикада…- громкости голоса заметно убавилось. - Ты это…не надо, а? Ну пожалуйста…Пусти, а? Нет…Нет…Не надо…НЕЕЕЕЕТ!!!

С этим душераздирающим воплем, его наконец затаскивают внутрь. Следом идет довольная Дельфина, Люсиола, которого уже отпустили за примерное поведение и несколько гильдеров из маэстровой охраны.

- Ну слава яйцам, - вздыхаю облегченно. - Наконец-то закончилось…

- Закончилось, да!? - Лави смотрит на меня как на крупно облажавшеся человека. - А ты знаешь, что в Гильдии день рождения неделю празднуют?

- Чегоооо?

- Что слышал.

- Неделю!? - мне плохо. - Это...Это они неделю будут квасить не просыхая и учинять такой звездец!? Пойду повешусь…

Кош-шмар. Похоже, у меня на всю недолгую оставшуюся жизнь останется стойкая фобия дней рожденья...

Ладно, чувствую щас будут разбираться с этими двумя и с Алексом мне по любому сегодня уже не пересечься.

Низко опустив налитую дикой тяжестью голову, иду вешаться.


Конец третьей главы

@темы: ГЛАВА ТРЕТЬЯ